Не мнози учителие бывайте, братие моя, ведяще, яко болшее осуждение приимем,

много бо согрешаем вси. Аще кто в слове не согрешает, сей совершен муж, силен обуздати и все тело.

Се бо и конем узды во уста влагаем, да повинуются нам, и все тело их обращаем:

се, и корабли велицы суще и от жестоких ветров заточаеми, обращаются малым кормилцем, аможе стремление правящаго хощет:

такожде же и язык мал уд есть, и вельми хвалится. Се мал огнь, и коль велики вещи сожигает.

И язык огнь, лепота неправды: сице и язык водворяется во удех наших, скверня все тело, и паля коло рождения нашего, и опаляяся от геенны:

всяко бо естество зверей же и птиц, гад же и рыб, укрощается и укротится естеством человеческим,

языка же никтоже может от человек укротити: не удержимо бо зло, исполнь яда смертоносна.

Тем благословляем Бога и Отца, и тем кленем человеки бывшыя по подобию Божию:

от техже уст исходит благословение и клятва. Не подобает, братие моя возлюбленная, сим тако бывати.

Еда ли источник от единаго устия источает сладкое и горькое?

Еда может, братие моя, смоковница маслины творити, или виноградная лоза смоквы? Такожде ни един источник слану и сладку творит воду.

Кто премудр и худог в вас, да покажет от добраго жития дела своя в кротости и премудрости.

Аще же зависть горьку имате и рвение в сердцах ваших, не хвалитеся, ни лжите на истину:

несть сия премудрость свыше низходящи, но земна, душевна, бесовска:

идеже бо зависть и рвение, ту нестроение и всяка зла вещь.

А яже свыше премудрость, первее убо чиста есть, потом же мирна, кротка, благопокорлива, исполнь милости и плодов благих, несуменна и нелицемерна.

Плод же правды в мире сеется творящым мир.