В конец, о Идифуме, псалом Асафу.

Гласом моим ко Господу воззвах, гласом моим к Богу, и внят ми.

В день скорби моея Бога взысках рукама моима, нощию пред ним, и не прельщен бых: отвержеся утешитися душа моя.

Помянух Бога и возвеселихся, поглумляхся, и малодушствоваше дух мой.

Предваристе стражбы очи мои: смятохся и не глаголах.

Помыслих дни первыя, и лета вечная помянух, и поучахся:

нощию сердцем моим глумляхся, и тужаше дух мой:

еда во веки отринет Господь и не приложит благоволити паки?

Или до конца милость Свою отсечет, сконча глаголгол от рода в род?

Еда забудет ущедрити Бог? Или удержит во гневе Своем щедроты Своя?

И рех: ныне начах, сия измена десницы Вышняго.

Помянух дела Господня: яко помяну от начала чудеса Твоя,

и поучуся во всех делех Твоих, и в начинаниих Твоих поглумлюся.

Боже, во святем путь Твой: кто Бог велий, яко Бог наш?

Ты еси Бог творяй чудеса: сказал еси в людех силу Твою,

избавил еси мышцею Твоею люди Твоя, сыны Иаковли и Иосифовы.

Видеша Тя воды, Боже, видеша Тя воды и убояшася: смятошася бездны.

Множество шума вод: глас даша облацы, ибо стрелы Твоя преходят.

Глас грома Твоего в колеси, осветиша молния твоя вселенную: подвижеся и трепетна бысть земля.

В мори путие Твои, и стези Твоя в водах многих, и следы Твои не познаются.

Наставил еси яко овцы люди Твоя рукою Моисеовою и Ааронею.